Rambler's Top100


   Наш адрес:
   111401, Москва,
   ул. Металлургов, 5
   тел. (095) 306-3273
   по четвергам с 19.00
   info@perovo-speleo.ru
   Схема проезда.

   Speleo-flash --»

   Screensavers
   & wallpapers --»

    Наши друзья:

   АльТуризм
  
  
  
  

    Счетчики:

   Экстремальный портал VVV.RU
  
   Rambler's Top100
  
  МИР ПУТЕШЕСТВИЙ и ПРИКЛЮЧЕНИЙ
О клубе (About) Спелео новости (Speleo News) Наши спелео экспедиции (Our speleo expeditions) Пещеры (Caves) Спелеобиблиотека (Library) Спелео ссылки (Speleo links) Спелео форум (Speleo phorum) Фотогалерея (Speleo photos)
СОФ ОМАР - ПОДЗЕМНАЯ ЖЕМЧУЖИНА АФРИКИ
Из дневника Владимира Киселева

        21 марта 1985 года близ маленькой эфиопской деревушки, затерявшейся в глубокой сухой долине, что некогда была руслом горной реки Уэб, остановились три запыленные, перегруженные "тойоты". Через несколько часов на одной из полян уже стоял палаточный лагерь, а запахи с кухни привлекали не только местных жителей, но и многочисленных представителей окрестной фауны. Так началась вторая экспедиция советских спелеологов в крупнейшую пещеру Африки - Соф Омар.
      Пещера во многом необычна. Сорок два входа ведут в пятнадцатикилометровый лабиринт гигантских ходов, галерей и залов, созданных неутомимой рекой. Тысячелетиями она размывала трещины в известняках, прокладывая себе кратчайший путь, а теперь лишь заросший кустарником суходол напоминает о прежнем русле.
      В Соф Омар нет привычных глазу натечных образований. Виною тому - мощные пласты базальтов, водоупорной броней покрывающие известняки. Они не дают воде проникать по трещинам в пещеру, растворять породу и откладывать на своде и стенах полости кальцитовое убранство. Но строгая готика подземного храма и не нуждается в излишних украшениях. Огромные залы с колоннами, пляжи с мельчайшим базальтовым песком, ревущие пороги, гигантские котлы-мармиты - все это не может не вызывать восхищения.
      Разнообразен животный мир Соф Омар. В ее чертогах обитает девять видов летучих мышей: своды некоторых залов, словно шевелящимся ковром, покрыты тысячами этих рукокрылых. Тень и прохлада пещеры привлекают дикобразов, мартышек и бабуинов. В привходовых гротах встречаются следы трапез и серьезных хищников. На выступах стен лепятся гнезда ласточек и голубей. Иногда под спасительные своды заплывают дикие утки и гуси. Но и здесь птиц может подстерегать опасность - змеи, прячущиеся от дневного зноя. Правда, встречи с ними, как и с обитающими ниже по течению реки крокодилами, достаточно редки.
     Но не богатый животный мир и удивительные подземные пейзажи прославили пещеру: в средние века, как говорится в легендах, здесь жил высоко почитаемый эфиопскими мусульманами шейх Омар, местный святой, чьим именем и названа полость. Ежегодно весной, после полнолуния, знаменующего начало сезона малых дождей, к Соф Омар на неделю стекаются тысячи паломников. Долина превращается в разноцветный и громкоголосый табор...
      Разувшись перед входом в подземный храм, паломники большими группами обходят святые места. Многочисленными прикосновениями некоторые камни уже отполированы до блеска. В двух близких ко входу гротах из жердей и веток сооружены ритуальные хижины. На укрепленных перед ними шестах привязаны бусы, полоски ткани и кожи. Тут же в деревянных плошках курятся благовония. Лбы выходящих из пещеры паломников помечены священным пеплом.
      Первое знакомство с пещерой состоялось у нас два года назад, когда мы втроем провели за короткий срок необходимые рекогносцировочные работы.
      Добраться до пещеры несложно. Сухая долина примерно посередине пересечена гравийной дорогой, ведущей из Гобы, центра провинции Бале, к Гинниру - небольшому городку в 40 километрах от Соф Омара. Разнообразные растительность и животный мир (50 видов птиц !), вода и мягкий климат выгодно отличают эту местность. Поэтому понятен интерес, проявляемый правительством страны к Соф Омару: в пещере видят будущий объект международного туризма.
      Для комплексного изучения пещеры и разработки рекомендаций по ее благоустройству и была приглашена наша небольшая экспедиция, представляющая Секцию спелеологии АН СССР. Возглавил четверку ученых директор Института географии имени Вахушти Багратиони АН ГССР Тамаз Захарьевич Кикнадзе. За месяц нам необходимо составить крупномасштабную карту поверхности и основных участков пещеры, обосновать и нанести на эту карту контуры будущей туристской трассы, детально расписать все виды и особенности подземных работ по ее созданию - словом, сделать все необходимое для успешного строительства нового и необычного туристского объекта. С этой же целью мы планируем проведение геологических, гидрологических, микроклиматических, биологических и ряда других исследований. Полученные образцы и пробы будут обработаны уже дома, в лабораториях. Не забыты фото- и киносъемка. Взято необходимое снаряжение и для спуска в расположенный на плато огромный стометровый провал.
        За месяц, проведенный в Соф Омар, нам довелось увидеть немало интересного. Описание всего двух дней нашей работы дает возможность представить как её прелесть, так и сложность.
      7 апреля, воскресенье. По установленному нами же режиму - это единственный выходной в неделю. Позволяем себе подняться в семь утра вместо привычных шести. После завтрака идем на речку - купаться, загорать, ловить рыбу. Некоторое оживление в купание вносит змееподобные угри. Одного метрового красавца, моментально запутавшего леску, удается подсечь лишь через полчаса после начала поклевки. Время летит незаметно.
      После обеда у нас с Александром Климчуком - "шефская работа". Неделю назад мы предложили сопровождающим нас эфиопским товарищам совершить путешествие по самым эффектным и труднодоступным местам пещеры. Нас смущало лишь то, что маршрут частично проходил по глубокой воде. Как только всеобщий восторг утих, выяснилось, что плавать умеет лишь капрал Абэрра. Мы договорились, что совершим с Абэррой сквозное прохождение пещеры по подземной реке, а остальным покажем сухие галереи и залы.
     Упаковав в транспортный мешок бутерброды и пробирки для проб воды, выходим из лагеря. Вскоре, окруженные толпой любопытных паломников и местных жителей, мы останавливаемся перед величественным порталом "речного" входа. Убираем рубашки в полиэтиленовый пакет и мешок и с удовольствием окунаемся в светло-коричневые воды.
     Увлекаемые течением легко плывем первые десятки метров. За небольшим перекатом вновь попадаем на глубокую воду. Течение здесь почти не ощущается. Тяжелые ботинки и наполнившийся водой мешок тянут ко дну. Приходится изо всех сил работать руками. Из-за избыточного давления в карбидном бачке ацетилен со свистом выходит через форсунку на каске. Три плывущих факела отбрасывают на далекие стены тоннеля огромные дрожащие тени.
     Вдруг замечаем, что большие черные пятна на своде начинают уменьшаться. Это разлетаются, встревоженные нашим появлением самые крупные летучие мыши пещеры - "фруктовые". Мы же называем их "вампирами" за агрессивный норов и красноватый цвет глаз, поблескивающих в лучах фонарей, пока мы рассматриваем пикирующих рукокрылых, Абэрра внезапно исчезает под водой, появляется на секунду и вновь беззвучно исчезает. Саша помогает капралу добраться до ближайшей отмели. Оказывается, Аберра не плавал уже года три и двухсотметровый заплыв оказался ему не по силам.
      Проходим галечными пляжами широкой галереи Сафари, несколько раз пересекая вброд распавшуюся на несколько рукавов речку. Через 350 метров галерея поворачивает направо, а мы забираемся по крутой осыпи наверх, в чернеющий под сводом овал. Прямой и длинный Железнодорожный Тоннель напоминает по форме только что пройденную галерею, но в миниатюре. Скрипучий песок пружинит под ногами. Пересекаем обвальный конус на вершине которого догнивают огромные стволы деревьев - следы катастрофических паводков. Спускаемся с конуса в зал Стадион с идеально ровным полом. Свист встревоженных летучих мышей и слабый гул подземной реки дополняют этот образ. Из Стадиона мы попадаем в самый эффектный, Колонный зал - сердце пещеры. Невысокий свод опирается на изваянные водой колонны. Неспешные струи широко разлившейся реки омывают их подножия. Поражает обилие колонн, которые когда-то были просто небольшими перегородками в лабиринте размытых рекой трещин. На одной из проток лежит, зацепившись за выступ, полурастерзанный рыбами труп ослика, не так давно принесенный сюда паводковыми водами. Стараясь не задерживаться (зрелище не из приятных), проходим вперед.
      Предстоит новый - стометровый - заплыв. Капрал несколько удручен, но обратный путь нам заказан - против течения не выплывешь. Соскользнув в воду, стараемся держаться ближе к отвесной стене. В первые дни работы нам приходилось вести здесь теодолитную съемку. Плавание с тяжелыми штативом и теодолитом, который надо было беречь от брызг, больше напоминало подводное ...
      Долгожданный берег. Карабкаемся по черным базальтовым глыбам и оказываемся перед Большими Порогами. Река успевает здесь на небольшом участке углубиться почти на пятнадцать метров. Могучий рев водопадов гулко отзывается под высоким сводом. Пока Саша берет пробу воды выше порогов, вывожу нашего спутника на Балкон - широкую скальную полку метрах в двадцати над рекой.
      С Балкона открывается удивительный пейзаж подземной Ниагары, вырванный из тьмы двумя карбидными лампами. Вдоволь насладившись этим зрелищем, временно разделяемся. Саша идет вниз, брать пробу ниже порогов. Анализ воды, взятой здесь два года назад, показал, что на этом участке возможен глубинный разлом.
      Мы с Абэррой переходим глубокий каньон по бревну, невесть как занесенному на такую высоту, и вскоре упираемся в завал из известняковых и базальтовых глыб. Это подземные следы Провала. Некогда здесь был гигантский зал. Кровля его обрушилась и на плато образовалась огромная, идеально круглая пропасть диаметром сто тридцать и глубиной - сто метров...
      Лишь через неделю нам удастся достигнуть дна этой гигантской впадины. Из дневниковых записей: 13 апреля, суббота. ... Плоское, пыльное плато, покрытое невысокими колючими деревьями и кустарником, не располагает к прогулкам. Неподалеку от проложенной дороги встречаются заброшенные делянки. Буш изборожден тропами, проложенными животными и людьми.
        Уже два года в расположенной на плато деревне по субботам шумит базар, на который стекаются жители окрестных селений. Около тысячи продавцов и покупателей разместились на небольшой, специально отведенной близ деревни площадке. Под сплетенными из веток навесами жарятся лепешки, дымятся чайники с кофе, спят усталые путники...
      Здесь продают немудреные крестьянские товары: веревки, плетеные из кактусового лыка, рубленый на куски съедобный тростник, принесенные издалека фрукты и кофе, а также кофейный лист, который здесь заваривают как чай. Местные жители больше скотоводы, чем земледельцы. Это видно и по товарам - на вырученные от продажи коз и овец деньги приобретается зерно или мука. Из соседнего селения Дукси умельцы принесли деревянные поделки. Их разукрашенные резьбой сосуды, оригинальные табуретки и другие изделия отличает высокий профессионализм. Встречаются на рынке и коробейники, разложившие свой пёстрый товар на ярких широких платках.
      Базар в постоянном движении. Гул голосов дополняют крики животных. В глазах рябит от обилия ярких сочных тканей, в которые предпочитают одеваться местные мусульмане. На сидящих на земле продавцов снисходительно посматривают привязанные к столбу одногорбые верблюды. Базар - не только место купли-продажи. Здесь можно узнать последние новости, повидать друзей. Любопытна церемония приветствия у мужчин народа оромо. Взявшись правой рукой за пальцы они целуют друг другу руки.
      Сегодня мы не задерживаемся на базаре. Наша цель - Провал.
      Углубляемся в буш. Хотя Провал расположен всего в 600 метрах от дороги, выйти прямо на него нелегко. И на этот раз мы промахиваемся, взяв чуть левее. Резкая смена пепельно-серых почв на красноземы со сторожевыми башнями термитников указывает на нашу ошибку .
      Деревья, растущие по периметру Провала, настолько маскируют его, что можно пройти в десятке метров от края, не заметив этот природный феномен. Но, встав на краю этой стометровой пропасти, уже не можешь отвести взгляд от его величественных стен" Провал гипнотизирует, манит вглубь. Представляю, как он должен действовать на воображение суеверных местных жителей" Сопровождающие нас амхары завороженно смотрят вниз, чуть приспустившись по крутому краю" Несмотря на внушительный диаметр, дно Провала не просматривается ни с одной из верхних точек"
        В 198З г. мы впервые услышали местную легенду о происхождении этого чуда. Два столетия назад в этих краях появилось племя, пришедшее издалека со своим скарбом и скотом. Оно было отмечено проклятьем аллаха, терпевшим до поры этих обреченных людей. Но когда и на новом месте поселенцы начали жизнь с притеснений и неугодных обрядов, чаша терпения переполнилась. Темной ночью разверзлась твердь земная, поглотив нечестивцев. С тех пор существует в буше скрытое от любопытных глаз грозное напоминание о всемогуществе аллаха.
      Но нам, да и нашим амхарским друзьям-христианам кары аллаха не страшны. Обходим по периметру весь Провал, подыскивая наиболее безопасное место для спуска. У нас всего двадцать метров веревки, С ней мы рассчитываем преодолеть самый сложный - отвесный - участок скал, опоясывающих Провал.
      Выбираем самый короткий участок отвеса, к которому можно спуститься по крутому склону, придерживаясь за колючие кусты. Стены Провала представляют собой прекрасный объект для изучения стратиграфии района. В том месте, где базальты сменяются известняками, мы закрепляем веревку. Пока мы очищаем скалу от ненадежных камней, Тамаз и Киазо готовятся к киносъемкам на противоположном краю Провала. Мы с Сашей по очереди скользим вниз. После отвесного участка приземляешься прямо на колючий куст. Чтобы встать на землю, надо закачнуться к стене.
      А вот и первые обитатели среднего яруса - 15-сантиметровый палочник, поначалу принятый за тонкую изломанную веточку, и почти такой же длины толстая многоножка - кивсяк - покрытая жесткими кольцами, словно панцирем. Начинаем обход Провала, спускаясь вдоль гигантской спирали карниза. Под нависающими стенами почти нет растительности - дождевая вода сюда не доходит. В толстом слое пыли видны завалы из упавших сверху веток. Много глыб. Кое-где встречаются гнезда мелких и крупных птиц, следы их трапез. Костей упавших сверху животных на удивление мало. Находим хорошо сохранившиеся черепа небольшого бабуина и какого-то мелкого грызуна. Вокруг нас кипит жизнь - порхают куропатки, снуют изумрудные ящерицы, летают пестрые бабочки.
      Обойдя по периметру почти половину Провала, решаем спуститься ниже - в этом месте склон не так крут. Придерживаясь за ветки, приспускаемся еще метров на 20,огибая огромные базальтовые глыбы. Отсюда уже просматривается заваленное глыбами и щебнем дно, на краю которого чернеет щель. Неужели это проход в подземный лабиринт? Возбуждение, вызванное подобной перспективой, охлаждается первой же попыткой спуска. Склон крутизной до 80о сложен из крупных и мелких камней, слабо сцементированных землей.
      Останавливаемся и выбираем единственно возможный вариант спуска. На ключевом участке - нависающей глыбе - закрепляю прочную пятиметровую стропу с предварительно завязанными узлами, чтобы не скользили руки. Осторожно повисаю на ней и, нащупывая ногами опору, медленно опускаюсь. Саша придерживает стропу. Еще десять метров лазания по отвесной стене с такими же непрочно заклиненными камнями, и можно встать на дно. По стене сползает рыхлое месиво из мелкой скальной крошки и глины. В одном месте видна монолитная стена, изъеденная желобковыми бороздами-каррами.
      Под ней - темная щель. Это понор - место поглощения дождевой воды, стекающей в Провал. К немалой досаде, после узкого и грязного уступа забитая глиной щель выклинивается.
      Путь наверх среди огромных "живых" камней не менее опасен, чем спуск. Но вот и эти препятствия позади. Возвращаемся к среднему ярусу и завершаем обход Провала. Пристегнув к веревке специальные зажимы, быстро поднимаемся наверх...
      Таким окажется Провал снаружи. Теперь же всего десяток метров отделяет нас от солнечного света, но плотно лежащие глыбы завала не оставляют никаких шансов на успех. Кое-где стыки между ними покрыты тонкой корочкой кальцита..
      На площадке перед завалом несколько дней назад мы обнаружили удивительные сооружения, воздвигнутые из песка и глины небольшими черными жуками. Витые наклонные трубки, заканчивающиеся входами-раструбами, напоминают Пизанскую башню в момент падения. Полуметровая длина некоторых "небоскребов" вынуждает их строителей опереть здание на близлежащие глыбы и стены. Жаль, что это архитектурное великолепие просуществует лишь до следующего паводка...

      ... Обходим завал по глыбам и хрустящему плавнику. Немного "древолазания" и мы с Абэррой уже в узкой галерее с чистым песчаным полом. Над головой бесшумно снуют летучие мыши. Легкий сквозняк приятно бодрит. Поворачиваем направо и, стараясь глубоко не дышать, идем след в след вдоль низкого обвального зала. Пол покрыт толстым слоем мельчайшей пыли - смеси гуано и(^невесомых глинистых частиц. Клубы ее подолгу висят в воздухе. Хотя никто из посетивших Соф Омар не заразился гистоплазмозом, лучше поберечься...

      ... в галерее Хамелеона. Немало загадок скрыто за ее стенами. Как сюда, в удаленный от реки уголок пещеры, занесло большие стволы деревьев? Почему попадаются черные, обугленные куски дерева, а свод кое-где закопчен? Ведь паломники сюда не доходят. Откуда здесь высохшие скелеты небольших рыб? Ответов мы пока не знаем.
      Быстро проходим широкими ходами и оказываемся в огромном наклонном зале. Он так и называется - Большой. Нижняя часть зала открывается наружу, в каньон бурлящей реки, и освещена слабым, отраженным от стен светом. Подземная река, сжатая двумя обрушившимися со свода глыбами, вырывается здесь на поверхность. На протяжении ста метров левая стена каньона испещрена черными отверстиями. Это входы в Холуку - двухэтажную систему пещерных галерей. Холука на языке оромо и означает "пещера". Кое-где сквозь верхние трещины в галереи проникают корни деревьев, врастающие в нанесенные рекой плавник и глину.
      От верхней части Большого Зала расходятся несколько широких галерей. Налево идет галерея Глиняных Стен: когда-то многометровые толщи глины целиком заполняли эти пустоты, но потом были взрезаны речными потоками. Вправо веером расходятся освещенные галереи, выходящие в гроты над рекой. Местами угрожающе чернеют глубокие провалы в двухкилометровый лабиринт узких ходов нижнего этажа. Стены и свод многих ходов покрыты, словно изморозью, густым белесо-желтоватым налетом -кристаллами селенита. В одном из ходов расположена цепочка высоких кальцитовых плотин - гуров. Они образовались в результате перетока части паводковых вод по сложному подземному маршруту. Обогащенная солями вода тысячелетиями перетекает по системе природных шлюзов, наращивая верхние края плотин. Сейчас здесь сухо. Темный пол поблескивает осколками пленок, покрывавших лужи.
      На пересечении галерей, рядом с ритуальной хижиной встречаем Сашу. Впереди появляется дневной свет. Мы выходим из пещеры и оказываемся на склоне суходола - древнего русла реки. Обсуждаем дальнейший маршрут по каньону и предлагаем Абэрре пойти с нами. Капрал вежливо отказывается. На сегодня ему достаточно и подземных впечатлений. Отправляем с ним в лагерь наше немудреное снаряжение, оставив себе лишь удочку и наживку.
      Большую часть пути вниз по течению мы проходим скалолазанием по нависающим над водой стенам каньона. Где удается, бредем вдоль берега, спотыкаясь, увязая в иле и ударяясь об острые, невидимые в мутной воде камни. Иногда отвесные стены и глубокое русло вынуждают плыть.
      Сопровождаемые парой крупных птиц-носорогов, мы добираемся до огромной глыбы на середине реки. Дальше этого рубежа мы еще не забирались. Не задерживаясь, проходим вперед. Нас манят новые повороты реки.
      Каньон реки Уэб на всем протяжении великолепен. Нависающие над водой известняки светлых, темно-серых и красноватых оттенков замысловато источены рекой. Стрельчатые проемы игрушечных замков сменяются колоннадами античных храмов. На верхних террасах чернеют входы в небольшие гроты - следы деятельности реки в далеком прошлом. Близ одного из таких гротов замечаем стадо бабуинов. Воинственный лай этих замечательных скалолазов, а также их недружественные жесты, поощряемые вожаком, говорят о том, что диалога у нас не получится. Жаль. Молодые бабуины всемисвоими ужимками удивительно напоминают чертенят из русских сказок.
      Мы прошли уже большое расстояние по неизведанной части каньона. Время и усталость подсказывают, что пора возвращаться. Набивая на ногах новые ссадины, бредем вверх по реке. Плыть против течения совсем не просто. Солнце скрылось, легкий ветерок предвещает вечернюю прохладу. Оставшиеся в одних шортах, мы согреваемся лишь движением. Последний брод. Отжимаем одежду, извлекаем из обуви песок с мелкими ракушками и в сумерках бежим по суходолу в лагерь.
      Там оживление. Капрал Абэрра в центре внимания наших друзей. Да и нас встречают бурными аплодисментами - видимо, Абэрра успел поделиться впечатлениями о подземном путешествии. С этого дня наши ежедневные рабочие выходы в пещеру окружены еще большим вниманием и уважением.
      После обильного и вкусного ужина, поданного талантливым поваром Мамо, садимся за дневниковые записи. Стол освещается подвешенным на дереве газовым "Петромаксом". Его свет привлекает множество насекомых. Один из наших эфиопских друзей уже нагибается, чтобы поднять с земли приползшего в освещенную зону скорпиона. К счастью, мы успеваем вмешаться и вскоре пятнадцатисантиметровый "красавец" скребется в банке с формалином. С этого дня ежевечерние обходы лагеря способствовали пополнению коллекции крупных скорпионов, почему-то предпочитающих бегать близ палаток..
      Всходит полная луна, населяя долину загадочными тенями. Всем составом идем к ритуальной площадке, расположенной у входа в пещеру. Здесь уже собралась большая группа паломников. Яркий свет костра выхватывает из тьмы и знакомые лица местных жителей. У них в руках большие заботливо подсушенные у огня барабаны. Ритмичные удары колотушкой по натянутой коже сопровождаются приседаниями, прыжками и характерным присвистом. Уставших сменяют новые барабанщики. Других музыкальных инструментов здесь нет. Задние ряды заполнены женщинами. У многих из них за спиной привязаны грудные дети. И женщины и мужчины поют протяжные песни. Мамо, знающий язык оромо, переводит нам их бесхитростное содержание: просьбы к аллаху и святому Омару ниспослать дождь, уберечь посевы, отвести беду и болезни от семьи. Пение сопровождается ритмичными покачиваниями чуть согнутого туловища и хлопками.
      Во всех действиях элемент язычества преобладает над мусульманством, которое выглядит лишь оболочкой. Словно напоминание паломникам о их мусульманской сущности вместо песен звучат красочные речи шейхов. В них - пожелания процветания Эфиопии и края, надежда на обильные дожди и богатые урожаи. Конечно, не забыт и святой Омар, ради которого сюда съехалось столько людей. Хорошо поставленным певучим голосом шейхи без подготовки и подолгу могут произносить подобные речи. Конец каждой фразы громко повторяется добровольным помощником, что дает возможность оратору перевести дух.
      Староста деревни, шейх Ахмед Мами, произносит большую речь в нашу честь, благодарит за работу, которая, по его мнению, в скором будущем внесет массу изменений в жизнь местных жителей/приблизив их к благам цивилизации и обеспечив процветание. Другой шейх, также отмечая наш бескорыстный труд на благо народа оромо, приглашает навсегда остаться в этом благодатном краю и даже выбрать себе жен. Мы не спешим огорчать наших хозяев отказом.
      Быстро пролетел месяц полевых работ в Соф Омаре. Выполнены все наши планы. Тяжело груженые машины медленно выбираются из сухой долины, сопровождаемые парой диких гусей. Мы бросаем прощальные взгляды на каньон Уэба и крохотную деревушку, разместившуюся у пока еще малоизвестной, удивительной пещеры.


 

о клубе | новости | экспедиции | пещеры | библиотека | ссылки | форум | фотогалерея | снаряжение | промышленный альпинизм | спелеошкола | screen savers & wallpapers

Спелео снаряжение (Speleo equipment)
Спелео школа
Спелео школа



© 2000-10
Perovo
Caving Club